Живопись барокко: признаки, свет и художники XVII века

Живопись барокко обрела большую эмоциональность по сравнению с живописью Возрождения. Причины появления столь напряженных изображений были похожи на изменения в скульптуре барокко: у католической церкви в Италии появилась необходимость бороться за умы прихожан, чтобы новое протестантское ответвление церкви не овладело умами граждан юга Европы.

У Рембрандта драматический свет особенно заметен в картине «Ночной дозор» и в «Данае», где групповой портрет превращается в почти театральную сцену с движением, тенями и резкими акцентами.

Картина барокко часто строится так, будто перед нами театральное представление: мы видим движение и сильные эмоции. Момент действия подчеркивается светотеневыми контрастами: герои поворачиваются, падают, тянутся, спорят, страдают, молятся, борются.

Драматическое действие в живописи барокко

В живописи Возрождения художник часто стремился к равновесию и гармонии. Фигуры расположены ясно, композиция устойчива, событие как будто уже приведено к гармонии.

В барокко все иначе, потому что художника интересует не спокойное состояние, а кульминация, самый напряженный момент сюжета. Святой не просто стоит, и мы фиксируем изображение святого, а святой переживает видение.

Художник барокко изображает героя в момент действия, причем в момент кульминационного действия. Так работает и картина «Юдифь и Олоферн» Караваджо, где выбран самый напряжённый миг сюжета. В барочных картинах мы видим резкие повороты тел, сложные эмоции на лицах, резкие светотеневые переходы.

Одним из самых ярких представителей барочной живописи является Караваджо. В его «Призвании апостола Матфея» важен не только сам религиозный сюжет, а момент внутреннего перелома: Христос входит в пространство, свет падает на Матфея, и обычная сцена превращается в духовное событие.

Контраст света и тени

Один из самых узнаваемых признаков барочной живописи — сильная игра света и тени.

Свет в барокко управляет вниманием зрителя, выводит главное из темноты и делает сцену напряженной: что же там скрывается в темноте? В изображении появляется драма.

У Караваджо этот контраст света и тени достаточно резкий; отдельно этот приём разобран в статье про светотень Караваджо. Фигуры в его картинах часто возникают из темного фона, как будто на них внезапно упал луч света. Такой контраст называют кьяроскуро, то есть светотенью. А особенно сильный, театральный вариант с глубокими тенями называют тенебризмом.

Этот прием потом использовали многие художники Европы, караваджисты: Жорж де Латур, Хосе де Рибера, отчасти Рембрандт.

У Рембрандта работа со светом особенно хорошо видна в его автопортретах, где лицо становится главным пространством внутреннего действия.

Но у каждого свет работает по-разному. У Караваджо он резкий и драматический, у Рембрандта — более мягкий, внутренний, психологический, а у Латура — сосредоточенный, часто исходящий от свечи.

Движение и диагональные композиции

Барокко не любит неподвижную симметрию. Барочные живописные композиции часто строятся по диагонали, что создает ощущение движения, неустойчивости и действия.

Этот прием часто использует Рубенс. Его картины наполнены телами, жестами, развевающимися тканями, поворотами, столкновениями.

В барокко зритель должен почувствовать энергию происходящего, поэтому художники часто используют сложные ракурсы, резкие повороты тел, поднятые руки, изгибающиеся фигуры, напряженные группы.

Эмоциональность

Как уже упоминалось в статье, барочная живопись — это живопись чувств и эмоций. На этих полотнах вы увидите страдание, восторг, религиозный экстаз, страх, покаяние, торжество, скорбь, самые яркие человеческие эмоции. Для отражения этих эмоций художник использует мимику и жесты героев, и то и другое как бы немного чрезмерно, что возвращает нас к теме театральности в барокко.

Особенно важно вызвать у зрителей эмоции в религиозной живописи. После Реформации католической церкви нужно было искусство, которое не просто объясняет догмат, а убеждает человека эмоционально. Поэтому барочные картины должны были вызывать сочувствие, благоговение, страх, надежду, ощущение чуда. Отсюда сцены мученичества, видений, обращения, смерти святых, драматические алтарные композиции.

Реализм, телесность и богатство фактур

Барокко может быть очень пышным и театральным, но при этом оно часто стремится к убедительной реальности.

Особенно это видно у Караваджо. Его святые похожи не на идеальные небесные существа, а на обычных людей. У них грубые руки, усталые лица, простая одежда и грязные пятки, которые критиковали современники Караваджо. Религиозный сюжет оказывается перенесенным в мир реального человека.

У испанских художников — Сурбарана, Риберы, Веласкеса — эта телесность тоже очень важна. Они внимательно пишут фактуры: кожу, ткань, дерево, металл, различные предметы быта. Такая детализация фактур помогает сделать мир картины убедительным и чувственным. Зритель почти ощущает вес ткани, холод металла, мягкость кожи, хрупкость стекла.

Барокко хочет, чтобы зритель поверил в происходящее, поэтому визуализация материальности мира становится очень важной.

Такая детализация и визуализация материальности мира у голландских художников XVII века особенно заметна в натюрмортах и бытовых сценах. У фламандцев — в пышной материальности тела, ткани и декоративных деталей. У испанцев — в строгой, почти осязаемой предметности.

Театральность

Барочная картина часто напоминает сцену по следующим признакам:

• освещение, как в театре;
• разделение на главных героев и второстепенные фигуры в картине;
• визуально присутствуют кулисы;
• у героев нарочитые, театральные жесты;
• яркая мимика.

Но театральность барокко не всегда означает искусственность. Наоборот, она нужна для того, чтобы усилить переживание. В алтарной живописи было особенно важно, чтобы человек стоял перед картиной не как перед иллюстрацией, а как перед событием. Задача религиозной картины была втянуть внутрь религиозного переживания.

Расширение жанров

Барокко — это живопись не только религиозных и мифологических сюжетов.

В XVII веке активно развиваются портрет, групповой портрет, натюрморт, пейзаж, бытовая сцена, изображение интерьера.

Особенно это видно в Голландии. Там было меньше церковных заказов, потому что страна была протестантской. Зато появился спрос со стороны горожан, купцов, ремесленников, городских корпораций на бытовые сцены, натюрморты, пейзажи и портреты.

Поэтому у голландцев барокко часто выглядит не как пышное церковное искусство, а как внимательное изображение повседневной жизни.

Рембрандт пишет портреты и библейские сцены с глубоким психологизмом.

Франс Халс создает живые, подвижные портреты.

Вермеер показывает тихие домашние интерьеры, где главное — свет и состояние момента.

Иллюзия пространства

В монументальной живописи барокко часто появляется стремление разрушить границу между реальным пространством и изображенным.

Это особенно заметно в потолочных росписях. Художник пишет так, будто архитектура продолжается вверх, потолок исчезает, а над зрителем раскрывается небо с облаками, ангелами, святыми или аллегорическими фигурами.

Так живопись соединяется с архитектурой. Зритель уже не просто смотрит на картину, он оказывается внутри общего художественного пространства. О том, как барокко работает с храмом, фасадом и интерьером, можно отдельно прочитать в материале про архитектуру барокко.

Хороший пример — потолочные росписи Андреа Поццо в церкви Сант-Иньяцио в Риме или роспись Джованни Баттиста Гаулли в церкви Иль-Джезу.

Если коротко, то барочную живопись можно узнать по определенным признакам:

• она драматична;
• фиксирует движение в момент кульминации;
• изображает сильные жесты;
• использует резкий свет и глубокие тени;
• создает эмоциональное напряжение;
• строит сложные композиции;
• дает ощущение присутствия.

Важно не сводить барокко только к пышности, этот стиль гораздо более многогранен. В этом смысле его особенно интересно сравнивать с более строгими системами, например с классицизмом как мировоззрением.

У Караваджо барокко — это правда и резкий свет.

У Рубенса — мощное движение и телесная энергия.

У Веласкеса — пространство, взгляд и психологическая сложность.

У Рембрандта — внутренняя жизнь человека.

У Вермера — тишина, свет и повседневность.

Поэтому барокко в живописи — это не один прием. Это общий поворот искусства к сильному зрительскому впечатлению. Картина больше не просто рассказывает сюжет. Она заставляет зрителя пережить его.

Больше заметок об истории искусства, музеях и архитектуре я публикую в Telegram-канале «Поговорим об искусстве?». Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые материалы.